Последний раунд переговоров о прекращении войны в Украине завершился 18 февраля без каких-либо признаков реального прорыва. Публично стороны вновь ограничились сдержанными формулировками, однако за кулисами переговорщики продолжают искать компромисс по одному из самых болезненных и принципиальных вопросов — контролю над территориями на востоке Украины, пишет The New York Times со ссылкой на источники, знакомые с ходом переговоров.
Россия, в частности, настаивает на том, чтобы Украина передала ей земли в Донецкой области, которые сейчас находятся под контролем Киева. Речь идет о полосе территории примерно 80 километров в длину и около 65 километров в ширину, с десятками городов и поселков. Эта зона расположена между линией фронта и административной границей региона. Для Москвы передача этой территории является ключевым условием прекращения войны.
Украина категорически отказывается от одностороннего отвода войск и уступки земли. В Киеве считают, что такое решение лишь подстегнет Россию к новым атакам — как против самой Украины, так и в других регионах. Поэтому украинская сторона настаивает на жестких и надежных гарантиях безопасности, которые могли бы удержать Москву от нарушения возможного режима прекращения огня.
По словам трех источников издания, в последние недели обсуждается идея создания демилитаризованной зоны на Донбассе, которая не контролировалась бы ни одной из армий. Эта концепция уже появлялась в прежних мирных инициативах, в том числе в плане из 28 пунктов, который администрация Дональда Трампа представила в ноябре 2025 года. Тогда предполагалось, что формально территория окажется под контролем России, но без размещения там ее вооруженных сил.
Президент Украины Владимир Зеленский в последние дни последовательно снижает ожидания от любых договоренностей, предполагающих территориальные уступки. Он прямо заявляет, что позволить агрессору забрать часть территории — «большая ошибка». По его мнению, подобный шаг не приведет к устойчивому миру.
Президент России Владимир Путин осенью прошлого года высказывался о демилитаризованной зоне уклончиво, подчеркивая, что вопрос требует дальнейшего обсуждения деталей. В то же время его помощник по внешней политике Юрий Ушаков позднее дал понять, что Россия могла бы согласиться на такой формат при условии, что патрулирование территории будет осуществляться российской полицией или подразделениями Росгвардии.
Бывший посол США в Киеве Уильям Б. Тейлор считает, что демилитаризованная зона действительно могла бы стать частью жизнеспособного соглашения. Однако, по его мнению, интересы Украины должны быть защищены, а для этого потребуется дополнительное давление на Москву со стороны Вашингтона. Любое навязанное или несбалансированное решение не будет устойчивым и неизбежно развалится, предупреждает эксперт.
Чтобы сделать компромисс более приемлемым для обеих сторон, обсуждается и идея создания зоны свободной торговли на территории возможной демилитаризованной полосы. Впрочем, даже сторонники этой идеи признают, что инвестиционный потенциал там крайне ограничен. Регион оказался бы зажат между двумя армиями, промышленность там в основном разрушена — фактически функционирует лишь одна угольная шахта, а риск возобновления боевых действий будет сохраняться годами.
Скептически к подобным схемам относится и сам Зеленский. Дополнительным камнем преткновения остается вопрос отвода войск. В декабре он заявил, что Украина не пойдет на отвод сил с линии фронта, если Россия не отступит на сопоставимое расстояние. Однако на переговорах в Абу-Даби в феврале украинская делегация уже обсуждала варианты частичного и не обязательно симметричного отвода российских войск, что может свидетельствовать о некотором смягчении позиции Киева.
Отдельный сложный вопрос — управление демилитаризованной зоной в случае ее создания. Украина настаивает на размещении там международных миротворческих сил. В регионе проживает около 190 тысяч мирных жителей, включая 12 тысяч детей. Также обсуждается идея создания гражданской администрации после окончания войны. В нее могли бы войти представители Украины и РФ, однако, по словам источников, стороны пока далеки от согласия.
На повестке вновь встал и вопрос последовательности шагов: когда именно принимать решение о демилитаризованной зоне, когда закреплять гарантии безопасности, как формировать фонд послевоенного восстановления и на каком этапе проводить выборы в Украине. Зеленский настаивает на том, что гарантии безопасности должны быть зафиксированы в первую очередь — еще до выборов и до любых соглашений об отводе войск из Донбасса.
Он подчеркнул, что для украинцев критически важно не просто верить обещаниям партнеров, а быть уверенными, что в будущем российская агрессия станет невозможной или, в крайнем случае, что Украина не останется с ней один на один. Именно этот вопрос доверия, по его словам, сейчас является центральным для любых возможных договоренностей.
